Александр Тройнин: «Если кто-то зовет на помощь – нужно прийти первым!»
Опрос В Госдуме планируют рассмотреть законопроект, обязывающий медицинские учреждения пропускать родственников в реанимацию. Как вы относитесь к этой инициативе?

Александр Тройнин: «Если кто-то зовет на помощь – нужно прийти первым!»

30 октября 2013 / просмотров – 1403
Городская жизнь
Он никогда не мечтал стать героем и, конечно, не помышлял о подвигах. Но так сложилось: рискуя собственной жизнью, Александр Тройнин спасает чужие и уж точно знает их цену. Так было в Ямбурге, где он работал пожарным, так и сейчас – на службе в МЧС, так будет всегда. В нынешнем году Александр Николаевич принимал участие в самой крупномасштабной спецоперации по спасению на Дальнем Востоке. Уже по дороге домой, прямо на борту министерского лайнера воронежец получил от главы МЧС России Владимира Пучкова высокую награду – медаль «За отличие в ликвидации последствий ЧС».

Адреналин, азарт, риск?

Кто, как не спасатель, пробираясь сквозь бетонные завалы, спускаясь под многометровую толщу воды, укрощая пламя, протягивает руку людям, нуждающимся в помощи? Но что заставляет их рисковать собственной жизнью: адреналин, азарт, риск? Правильного ответа здесь нет.

– Я человек действия, – рассказывает Александр Тройнин. – Не люблю сидеть на одном месте. Если кто-то зовет на помощь – нужно прийти первым…

Неважно, что случилось: пожар, землетрясение, наводнение – мандраж присутствует, но быстро проходит.

– Как только ты попадаешь на место ЧП, оцениваешь обстановку и проводишь разведку, сразу понимаешь, куда нужно идти и что делать, – уверенно говорит Александр Николаевич.

Да, разведка – военное слово, но без нее не обойтись. Нужна информация, насколько серьезно то, что произошло: всегда есть угроза – огонь, к примеру, может распространиться дальше, пострадают люди.

 

Огненная стихия с душой

Тройнин помнит свой первый вызов: тогда он работал в воронежском пожарном гарнизоне.

– Горели дачи. Мы долго не могли полностью ликвидировать огонь. У нас не было никакой информации, есть ли там отдыхающие. Одни говори – да, они там. Другие – нет, уехали, – вспоминает он. – Сбили пламя, зашли внутрь – людей не было…

Еще один случай, о котором помнит Тройнин, не обошелся без человеческих жертв. Это случилось в Ямбурге, когда взорвался резервуар с топливом – погибли две женщины, которые производили замер. Но это произошло еще до приезда пожарных…

Кстати, побывав в небольшом заполярном городе, Александр узнал, что значит тушить пожары при –38 градусах в деревянных домах или смонтированных из финских сэндвич-панелей, которые вспыхивали, словно порох…

Признается: с огнем у него «особые отношения».

– Он своенравный, у него есть душа, – говорит Тройнин. – И я в чем-то согласен с той задумкой, которую воплощают в американских блокбастерах о пожарных: чем меньше сквозняков, тем проще и легче потушить пожар.

 

«Над водой торчали лишь дорожные знаки…»

Сегодня Александр Тройнин – старший государственный инспектор – руководитель группы патрульной службы ГИМС МЧС России по Воронежской области. Он осуществляет контроль за маломерными судами, предотвращает ЧС на воде. Это – уже другая стихия, и она тоже может быть разрушительной.

После того, как подтопило Дальний Восток, к месту ЧС отправились спасатели практически со всех регионов России. Сотрудники воронежского ГИМС прилетели туда в числе первых.

– Мы приземлились в Благовещенске. Но только в селе Журавлевка, куда нас переправили на вертолете через Архару, оценили масштаб катастрофы. Вода поднялась на 2,5 метра над дорогой: над поверхностью торчали лишь дорожные знаки. Большая вода – большая беда, горе жителям, – вспоминает Александр Николаевич. – Мы эвакуировали людей из подтопленных домов, оказывали им всяческую помощь, строили дамбы.

Сотрудники МЧС, прибывшие на помощь местным жителям, передвигались по селам на лодках и катерах, которые привозили с собой. Позже стала поступать и гуманитарная помощь: продукты питания, одежда, обувь и тепловые пушки.

 

Паника отменяется

Паники среди жителей сел и городов, которые оказались в зоне подтопления, не наблюдалось. Складывалось ощущение, что люди были к этому готовы. Возможно, не забыли, как в середине 1980-х годов случился разлив – вода поднялась почти на 7,5 метров!

– Народ заметно заволновался лишь однажды, когда вода подошла к дамбе и почти скрыла мешки, из которых возводилась искусственная насыпь. А это еще + 20 сантиметров, – рассказывает воронежец, работавший на месте ЧС. – Мы замеряли уровень каждый час, и только когда он стал снижаться – по одному сантиметру в день! – все выдохнули… Когда вода «ушла» на 1,5 метра, в нашем присутствии на Дальнем Востоке уже не было необходимости.

Татьяна Кирьянова
239-09-68
kiryanova.tanya@gmail.com
Система Orphus
Добавить комментарий
Ваше имя (ник)
Текст комментария *
Введите текст с картинки *
Инфографика недели