Эрмитаж, Вагнер и муза Мандельштама. Из истории улицы Никитинской
Опрос В Госдуме планируют рассмотреть законопроект, обязывающий медицинские учреждения пропускать родственников в реанимацию. Как вы относитесь к этой инициативе?

Эрмитаж, Вагнер и муза Мандельштама. Из истории улицы Никитинской

28 октября 2013 / просмотров – 2565
Истфакт
Участники экскурсий краеведа Ольги Рудевой неизменно говорят: «Мы словно заново открыли для себя давно знакомые улицы, здания, дворики…» Это не удивительно, ведь у каждого рудевского маршрута – свой «рояль в кустах». Таких замечательных экскурсий у Ольги в активе уже около двух десятков. На этот раз наш путь лежал по заповедным уголкам Никитинской.

Веселый «приют отшельника»

Рассказ о прошлом улицы Ольга начала в скверике у ДК Железнодорожников, с приветствия: «Поздравляю, мы в Эрмитаже!» Такое название, навевающее ассоциации с крупнейшим в стране музеем, носил сад, разбитый здесь в XIX веке. Само слово «эрмитаж» пришло к нам из Франции и означает «уединенное место» или более поэтично – «приют отшельника». На родине Дюма, де Голля и Шанель, так издавна именовали дворцы, почти со всех сторон окруженные водой. А вот в Петербурге Эрмитажем поначалу называли уединенный дворцовый флигель, где хранилась коллекция картин Екатерины II*. Со временем термин стал модным и докатился до губернского Воронежа.

До революции в нашем местном «Эрмитаже» проходили выставки и праздники, работал летний театр. Не менее интересная жизнь бурлила в здании Общественного собрания (ныне ДК Железнодорожников), построенном в начале XX века. Это собрание объединяло разночинную интеллигенцию и часто выступало с инициативой различных мероприятий. В его резиденции проходили музыкальные вечера, демонстрировались фильмы, устраивались балы, действовала библиотека. Не случайно, уже в советские годы в этом здании было решено разместить Дворец культуры…

Однако наш путь продолжался дальше, но на выходе из сквера мы немного задержались у внушительного …пня старого дерева. Надо думать, он «помнит» еще времена «Эрмитажа»!

Бурное прошлое дома с мезонином

Настоящая жемчужина улицы – дом с мезонином (Никитинская, 2). В эпоху имперской России здания с подобными надстройками были характерным явлением. Теперь же их осталось единицы.

Любопытна история строения. В свое время здесь жил математик, поэт и музыкант Николай Самбикин, бывал Нобелевский лауреат Павел Черенков. В 1920-е в особняке проходили литературные встречи, а в войну фашисты превратили его …в бордель.

В 1980-е дом с мезонином попал в фильм о Митрофане Пятницком «Россия певучая» – режиссер картины Василий Панин оценил дореволюционный колорит здания и решил снять на его фоне несколько эпизодов. Сейчас старинный особняк тихо приходит в упадок, как и его флигель на Никитинской, 4. Отметим также, что рядом с этим строением можно увидеть еще одну примету прошлого – плиту из песчаника, которой больше 100 лет. Такие артефакты в современном Воронеже – редкость.

Особняк, где родилась идея

Своя история у здания с адресом Никитинская, 3. Трехэтажный особняк 1911 года постройки – творение архитектора Михаила Замятнина, известного многими оригинальными проектами. К этому дому зодчий тоже подошел с выдумкой. В строении воедино сплелись черты двух стилей – модерна и неоклассицизма. Необычное техническое решение было выбрано для парадного подъезда. Он освещался с помощью дневного света, который проникал через стеклянный «колодец» в потолке (теперь отверстие заделано). Это здание интересно еще и тем, что Замятнин  снимал здесь квартиру с 1911 по 1912 годы. Именно тут родилась идея знаменитого «дома с совой», который архитектор создал для своей семьи в 1913-м.

В память о добрых делах

С двумя домами связана судьба известных благотворителей. В особняке из красного кирпича (Никитинская, 9) располагалась народная школа, над которой шефствовала семья купцов Нечаевых. Строение с номером 21 – флигель усадьбы Клочковых – предпринимателей и общественных деятелей, на средства которых осуществлялось столько проектов, что, по словам Ольги, это тема для отдельного мероприятия, вроде недавнего фестиваля в честь Столля. А пока о добрых делах Клочковых напоминает мемориальная доска. Жаль главный усадебный дом не сохранился. От него до наших дней дожил лишь пилон.

Еще одно знаковое здание по соседству (№ 19) принадлежало семье поэта, в честь которого названа улица – Ивану Никитину. Там сейчас музей, который, правда, до весны он закрыт на ремонт. А во дворе дома, Ольга с единомышленниками проводила краеведческий фестиваль «Старый Воронеж», где можно было услышать воспоминания старожилов, увидеть старые снимки из семейных альбомов и узнать массу интересного из истории родного города.

Утраченные, но не забытые

На этом же мероприятии был устроен «Парад утраченных домов», во время которого «ожили» прежние обитатели исчезнувших зданий (их роль играли активисты фестиваля). Немало из этих особняков ушли в прошлое вовсе не под ударами войны, а в самое что ни на есть мирное время. Не стала исключением и Никитинская, часть старых построек которой были снесены в 1980-е. А вот объект культурного наследия, известный как «дом агронома Вагнера» (№ 45), утратил свой облик совсем недавно. Несколько лет назад его признали аварийным и расселили жильцов, после чего он превратился в «достояние» бомжей и охотников за черметом (перекрытиями в здании служили старые рельсы от конки). А тем временем по соседству развернула стройку московская компания. По слухам она выкупила или арендовала участок с «домом Вагнера». Прошлой зимой к зданию трижды подгоняли трактор. Краеведы били тревогу, но сейчас от особняка остался лишь фасад, за которым высится гора битого кирпича. Правда, теперь обсуждаются планы по восстановлению дома. Ольга говорит: «Будем надеяться, что удастся сохранить хотя бы его фасадную часть».

Литературная пальма

Старожилы еще помнят дом дореволюционной постройки, оставшийся от усадьбы агронома Кожина. Он был утрачен в советское время. Теперь здесь детская площадка, а о давнем прошлом напоминают старые деревья. Особенно хороши два краснолистных клена. К слову, их очень любил ученый и публицист Леонид Семаго.

Еще одно примечательное растение Ольге довелось увидеть в доме № 38, где в свое время жила Наталья Штемпель, которой посвятил несколько стихов Осип Мандельштам. Они познакомились в годы ссылки Осипа Эмильевича. Наталья преподавала литературу и горячо любила поэзию. Это ее усилиями в годы цензурного запрета на произведения Мандельштама были сохранены позже ставшие знаменитыми «Воронежские тетради». «Уже в преклонные годы Штемпель в ее квартире собирались молодые литераторы, – говорит Ольга, – мне на эти встречи попасть не случилось, но довелось «свидеться» …с пальмой Натальи Евгеньевны. Тогда мы с семьей затеяли переезд. Я пришла смотреть квартиру в дом № 38, увидела там деревце, полюбопытствовала. А хозяйка и говорит – это ж пальма моей покойной соседки Наташи Штемпель!» В ответ Ольга потребовала воды и полила растение – так сказать, в знак уважения перед деревцем, что «помнит» воронежскую музу Мандельштама…

*С этого собрания началась история Государственного Эрмитажа, где теперь насчитывается около 3 миллионов экспонатов.

 

Ценный памятник архитектуры улицы Никитинской – Владимирский собор – был утрачен в 1930-е годы. Его воздвигли в честь 900-летия крещения Руси – в византийском стиле, как храм Христа Спасителя. В богоборческие времена культовое сооружение было уничтожено. Теперь на этом месте снова звонят церковные колокола и звучат молитвы. Уже в наше время здесь вырос новый храм – Христо-Рождественский.

 

Винный клад. Интересна предыстория многоэтажки, расположенной по адресу Никтинская, 18. До 1980-х на ее месте находились дом и флигель дворянки Марии Дейнекиной. Здесь жила бабушка знакомого Ольги Рудевой. Эта семья случайно обнаружила в старинном строении клад – ящик дореволюционного вина.

Елена Черных
239-09-68
alenagalch@gmail.com
Система Orphus
Добавить комментарий
Ваше имя (ник)
Текст комментария *
Введите текст с картинки *
Инфографика недели